Ночные кошмары - Страница 16


К оглавлению

16

– Никогда не любил этот канал.

Она оперлась руками о подоконник, засмеялась и поняла, что не может остановиться. Этот булькающий звук пробил брешь в окружавшей ее стене. У нее затряслись плечи, и смех перешел в рыдания. Держась за подоконник, Джейми раскачивалась взад и вперед. Фрэнк бережно усадил ее на стул, придвинул коробку с салфетками, взял за руку и начал молча ждать, пока она выплачется.

– Извините. – Она лихорадочно перебирала салфетки. – Я пришла сюда не за этим.

– Миссис Мелберн, не сердитесь на мои слова, но просто для этого пришло время. Чем больше сдерживаешься, тем сильнее бывает приступ.

– Джулия была очень эмоциональна. Все происходившее вызывало в ней бурю чувств. – Она вытерла нос. – Сестра относилась к тому типу женщин, которым слезы к лицу. – Джейми приложила салфетку к распухшим глазам. – Наверно, вы бы возненавидели ее за это. – Она выпрямилась. – Вчера состоялись похороны. Я пытаюсь убедить себя, что все кончено, но постоянно думаю об этом.

Джейми протяжно вздохнула.

– Мои родители хотят увезти Оливию в штат Вашингтон. Хотят взять над ней полную опеку и забрать отсюда. – Джейми взяла салфетку и начала тщательно складывать ее вчетверо. – Зачем я говорю вам это? Я хотела поговорить с Дэвидом, выплакаться ему в жилетку, а вместо этого пошла в гараж и села в машину. Наверно, мне нужно было поговорить с кем-то другим, кто не втянут в это дело, но все же имеет к нему отношение. Никого другого, кроме вас, я не нашла.

– Миссис Мелберн…

– Может быть, теперь, когда я вам исповедалась, вы будете называть меня Джейми? А мне было бы удобнее называть вас Фрэнком.

– О'кей, Джейми. Вы столкнулись с самым худшим на свете, и все навалилось на вас. Это трудно выдержать.

– Вы думаете, моя мать права?

– Я не могу говорить за ваших родных. – Брэди встал, налил воду в бумажный стаканчик и передал его Джейми. – Но я сам отец. Будь я на вашем месте, мне бы хотелось, чтобы ребенок оказался как можно дальше от этой шумихи. Хотя бы временно.

– Да, умом я понимаю это. – Но ее душа этого не выдерживала. – Вчера утром, еще до отпевания, я вывела Оливию на задний двор. Он скрыт деревьями, и там безопасно. Я хотела поговорить с ней, хотела помочь ей понять. Но сегодня утром наша фотография появилась в газете. Я даже не видела репортера. Не желаю, чтобы с ней так поступали!

Она тяжело вздохнула.

– Я хочу видеть Сэма.

Фрэнк снова опустился на стул.

– Не мучайте себя.

– Я все равно увижу его в здании суда. Во время процесса мне придется день за днем смотреть ему в лицо. Я должна увидеть его сейчас, еще до начала. Должна сделать это до того, как отпущу Оливию с родителями.

– Не знаю, согласится ли он. Адвокаты держат его на коротком поводке.

– Согласится. – Она поднялась. – Сэм не сможет побороть себя. Самолюбие не позволит.


Фрэнк уступил. Он знал, что эта женщина сумеет осуществить задуманное и без его помощи.

Она молчала, пока Брэди договаривался с канцелярией и охраной. Молчала, когда они вошли в помещение для посетителей, разделенное длинными стойками и стеклянными перегородками. Фрэнк показал ей на табуретку.

– Мне нужно уйти. В данный момент я не имею права общаться с ним без его адвоката. Я буду снаружи.

– Все будет в порядке. Спасибо.

Она собралась с силами и не вздрогнула даже тогда, когда хрипло прозвучал зуммер. Дверь открылась, и в отсек вошел Сэм.

Ей хотелось, чтобы он был бледным, измученным, седым и помятым. Но Сэм продолжал оставаться сказочно красивым. «Как он может?» – думала Джейми, сжимая в кулаки лежавшие на коленях руки. Его не портили ни резкое освещение, ни выцветшая, мешковатая тюремная одежда. Как ни странно, все это только добавляло ему привлекательности.

Когда Сэм сел и уставился на Джейми полными боли темно-голубыми глазами, ей показалось, что оператор вот-вот даст команду: «Готовы? Мотор!»

Не сводя с него взгляда, Джейми потянулась к трубке телефона. Сэм повторил ее движение по ту сторону стекла. Она услышала, как Тэннер откашлялся.

– Джейми, я так рад, что ты пришла! Я думал, что сойду с ума. Джулия… – Он закрыл глаза. – О господи, Джулия…

– Ты убил ее.

Его глаза словно распахнулись. В них читались ошеломление и боль. «О да, – подумала она, – ты великий актер, Сэм Тэннер».

– Ты не можешь верить этому, Джейми, ты лучше всех на свете знаешь, как мы любили друг друга. Я бы никогда не причинил ей зла. Никогда.

– Последний год ты только и делал, что причинял ей зло. Своей ревностью, своими обвинениями и наркотиками.

– Я пойду лечиться. Я знаю, что виноват. Если бы я послушался ее, если бы только послушался, в тот вечер я был бы там и она бы осталась жива.

– Ты был там в тот вечер, и поэтому она умерла.

– Нет. Нет. – Сэм прижал руку к стеклу, словно мог преодолеть преграду и дотянуться до нее. – Я нашел ее. Джейми, ты должна выслушать меня. Я…

– Нет, не должна. – Она чувствовала, как внутри разливалось спокойствие. – Нет, Сэм, не должна. Это ты должен выслушать меня. Я молюсь каждый день, каждый час, каждую минуту, чтобы ты заплатил за содеянное. Какую бы меру тебе ни определили, этого будет мало. Слишком мало. Сэм, я бы хотела, чтобы ты сидел за решеткой до конца жизни. Только так я смогу справиться с этим.

– Меня выпустят. – У него горело в горле от страха и тошноты. – У копов нет доказательств, им нужна только газетная шумиха. А когда я выйду, то заберу Ливи и начну все сначала.

– Ливи для тебя так же мертва, как и Джулия. Ты никогда ее не увидишь.

– Ты не можешь отнять у меня дочь! – В его глазах сверкнула ненависть. – Я заберу ее и все, что принадлежит мне! Ты всегда завидовала Джулии. Всегда чувствовала себя второй. Ты хотела иметь то же, что она, но тебе это не удастся!

16