Ночные кошмары - Страница 14


К оглавлению

14

Ной глядел на нее как зачарованный; казалось, огромные тревожные глаза девочки смотрели прямо на него и умоляли о помощи.

– Знаешь, па, они снимали ее, а она плакала, кричала и прикрывала руками глаза, пока кто-то не пришел и не унес ее.

– О господи… – Фрэнк уперся локтями в колени и закрыл лицо ладонями. – Бедная малышка…

– Что с ней будет, если ее мать умерла, а отца посадят в тюрьму?

Фрэнк шумно выдохнул. Ной хотел знать ответы на все свои «как» и «почему». Родители ему не мешали. Такова была позиция Селии, а Фрэнк не собирался ущемлять ее права. Мальчик был сообразительный, любопытный и умел отличать плохое от хорошего. Сын полицейского, думал Фрэнк, должен знать, что на свете есть подонки и что они далеко не всегда получают по заслугам.

– Точно не знаю. У девочки есть родные, которые ее любят и сделают для нее все, что смогут.

– По телевизору сказали, что во время убийства она была в доме. Это правда?

– Да.

– Уй… – Ной нахмурился и начал ковырять болячку на коленке. – Видно, она здорово испугалась, – пробормотал мальчик. Ной знал, что на свете существуют плохие люди, которые не всегда расплачиваются за свои поступки. Но он не мог понять, что значит бояться собственного отца.

– С ней все будет в порядке.

– Па, почему он сделал это? – Ной поднял взгляд и посмотрел Фрэнку в глаза. Он почти всегда находил в них ответ.

– Мы можем никогда не узнать этого. Кое-кто скажет, что он слишком любил ее. Другие скажут, что он свихнулся. От наркотиков, от ревности или от злобы. По-настоящему это может знать только Сэм Тэннер. Но я не уверен, что он сам понимает это.

Фрэнк слегка стиснул плечи Ноя.

– Пойдем слушать песни китов и есть цыплят.

– С картофельным пюре.

– Сынок, сейчас ты увидишь, как плачет взрослый мужчина.

Ной засмеялся и вошел в дом вслед за отцом. Он тоже любил и понимал его. И был уверен, что ночью услышит, как отец расхаживает по комнате. Так случалось всегда, когда у Фрэнка были неприятности на работе.

Глава 4

Обычно признание облегчает душу, но в случае с Сэмом Тэннером оно пошло на пользу и его разуму. После подписания заявления о жестоком убийстве в состоянии наркотического опьянения не прошло и часа, как он смог воспользоваться своими гражданскими правами.

Сэм позвонил адвокату, который, как он считал, только осложнил его семейные отношения, и потребовал, чтобы тот приехал. Тэннер плохо себя чувствовал, ударился в панику и поэтому забыл половину того, в чем признался.

Именно этот адвокат, специализировавшийся в области гражданского права, первым заявил, что признание было подписано под давлением, велел клиенту настаивать на праве сохранять молчание и протрубил общий сбор.

Команду возглавил Чарльз Брайтон Смит. Этому старому лису был шестьдесят один год. Он обладал впечатляющей серебряной гривой, пронзительными голубыми глазами и умом, подобным лазеру, с наслаждением брался за дела известных людей и больше всего на свете любил шумные судебные битвы, вызывавшие ажиотаж в средствах массовой информации.

Еще не успев прилететь в Лос-Анджелес, он начал собирать бригаду следователей, клерков, экспертов, психологов и всевозможных судейских крючков. Брайтон Смит сознательно допустил утечку информации о номере авиарейса и времени прибытия, заранее принял элегантно-мрачный вид и подготовился к тому, что репортеры набросятся на него, как только он сойдет с трапа.

Его бархатный голос был поставлен, как у оперного певца; на суровом лице застыло выражение сосредоточенности, мудрости и сострадания. Первым делом он решительно заявил:

– Сэм Тэннер невиновен. Он тоже стал жертвой этой трагедии. Он потерял любимую женщину, убитую самым жестоким из возможных способов, а этим ужасом не преминула воспользоваться полиция, которой не терпелось закрыть дело. Мы надеемся исправить эту несправедливость и дать возможность убитому горем Сэму вернуться домой, к дочери.

Он не стал отвечать на вопросы и отказался от комментариев. Предоставил охранникам пробиться сквозь толпу и провести его к ожидавшему лимузину. Оказавшись внутри, адвокат подумал, что телевидение непременно сообщит о его прибытии.

И оказался прав.

Когда закончился выпуск новостей, Вэл Макбрайд выключила телевизор. Все это игра, гневно подумала она. Игра на публику, на прессу, на полицию. Еще одно шоу, чтобы повысить собственный рейтинг, увеличить тираж газет и журналов, увидеть собственные портреты на обложках и экранах.

Они используют ее девочку. Бедную мертвую девочку.

Это невозможно остановить. Джулия сама предпочла жить на глазах публики. И умереть тоже. Сейчас ее использовали адвокаты. Нужно было повлиять на восприятие общественности, извратить его и сделать из убийцы жертву. Мученика. При этом Оливия становилась еще одним средством достижения поставленной цели.

Но этому я могу помешать, сказала себе Вэл.

Она стремительно вышла из комнаты и пошла искать Джейми.

Дом был построен в виде буквы Т. Кабинет Джейми находился в левом крыле. Когда Джейми восемь лет назад приехала в Лос-Анджелес, чтобы стать секретарем сестры, она жила и работала в бунгало Джулии на холмах.

Вэл помнила, как боялась за них обеих, но письма, звонки и частые приезды дочерей были такими бодрыми и веселыми, что она не стала портить девочкам настроение. Сестры прожили вместе два года. А потом Джулия встретилась с Сэмом и вышла за него замуж. Через полгода Джейми обручилась с Дэвидом. Сначала Вэл волновалась за Джейми, но Дэвид оказался сделанным из того же теста, что и ее Роб.

14